Подписка

Интервью с Сергеем Зотовым, гендиректором и главным конструктором компании EST lab

Прошедшая в июле презентация КОМПАС-3D v19 познакомила САПР-сообщество с инженером, изобретателем и генеральным директором EST lab Сергеем Зотовым. Он рассказал об организации научно-исследовательских и конструкторских работ в своей компании. EST lab проектирует на заказ оборудование для самых разных отраслей, предлагая по-настоящему инновационные решения. Мы решили подробнее раскрыть достижения компании и узнать, как живет независимое частное конструкторское бюро.

Сергей Зотов

Сергей Зотов

 

 

Сергей, как вы стали инженером-конструктором?

Это произошло случайно. В 1993 году я закончил Московский инженерно-физический институт (Прим. — сейчас НИЯУ «МИФИ») и после выпуска начал работать начальником экспериментальной лаборатории в опытно-экспериментальном производстве «Инженер». Там, работая над новыми видами дозаторов, и пришел к конструкторской деятельности.

 

 

А как появилась ваша компания?

Долгое время я трудился в различных компаниях на должностях ведущего или главного конструктора. А в 2008 году я уволился и отправился в свободное плавание. Постепенно удалось объединить вокруг себя единомышленников, с которыми мы недавно основали новую компанию EST lab. Название образовано от слов engineering, science, technology, которые и передают суть нашей работы.

Но тогда, 12 лет назад, все было не так гладко. Экономический кризис застал меня за стартовым проектом ― он и помог продержаться некоторое время. В 2014 году тоже было непросто: многие заказчики из опасения санкций почти на год заморозили работы. Тогда спасали мелкие заказы вплоть до сборки шкафов управления для чужих станков. Но, однажды почувствовав вкус свободы, больше работать по найму не хотелось.

Мой опыт говорит, что есть только три фундаментальных закона в нашем мире:
1. Всё будет не так, как мы изначально представляем.
2. Всё будет правильно.
3. Всё будет вовремя.

 

Сейчас у нас сложилась команда, и вместе с ней мы отправились в новое плавание.

 

Расскажите о самых значительных проектах EST lab.

Одним из самых крупных проектов компании стала разработка автоматизированного упаковочного производства. Мы создали широкую линейку основных и периферийных машин от миниатюрного «Микропака», который может поместиться на ладони и встраивается в любой большой станок в качестве дополнительного узла или размещается в его стерильной камере, до серьезных напольных двухпоточных машин.

В качестве опции наше оборудование будет включать трех- или четырехструйный принтер, развитую систему конвейеров, группираторы, смесители и десятки других машин.

Этот проект стал одним из самых масштабных — работа над ним длилась около 10 лет. Некоторые итерации меня не устраивали, проект замораживали, потом реанимировали снова. Сейчас идеал еще не достигнут, но направление выбрано верное. «Микропаки» и будущие ответвления этого проекта «миниатюризации» станков в перспективе приведут к трансформации производственных цехов, позволят сделать их компактнее и глубже автоматизировать производственные процессы.

Упаковочная техника

Упаковочная техника

 

Другой важный проект — 3D-принтер для печати высокопрочными высокотемпературными пластиками, которые по физико-механическим характеристикам сравнимы с алюминием. Печать такими пластиками производится в камере с температурой воздуха 250° С на очень горячем столе и с разогревом печатной головки до 500° C.

Работа над принтером длилась полтора года и была совсем непростой. Сначала мы создали три прототипа, на которых отработали все конструктивные, программные и технологические нюансы. Уже готов проект промышленного принтера. Подобная машина позволит печатать детали из полимерных материалов такой прочности, что их можно будет использовать не только для прототипирования, но и в реальных станках.

Эта ниша почти не занята российскими производителями. Серийные принтеры пока выпускают только зарубежные компании. Но в то же время рынок очень большой: мы конкурируем на этом поле не с настольными машинами, а с 5-осевыми станками с ЧПУ.
 

Промышленный 3D-принтер

Промышленный 3D-принтер

 

 

Кроме двух этих масштабных проектов, мы с командой EST lab реализовали за последнее время и множество других:

  • Изобретение, обоснование расчетами и подготовка для заказчика патентных заявок на несколько установок, конденсирующих воду из воздуха.
  • Разработка концепции печатных головок для 3D-печати зданий. Их использование обеспечивает автоматическое продольное и вертикальное армирование стены, а также ее выглаживание.
  • Модернизация упаковочных автоматов итальянской компании OMAG.
  • Актуализация идеи дозатора середины прошлого века.
  • Проработка технического решения для реализации проекта электротехнической переточки железнодорожных колесных пар. Решение повысит точность обработки и улучшит качество поверхности. С учетом строительства скоростных магистралей эта технология может получить свое место под солнцем.
  • Разработка сушильного устройства туннельного типа для трафаретной печати сольвентными красками для встраивания в ролевую печатную офсетную машину Drent Vision.

 

Сейчас, когда мы накопили большой опыт в различных вопросах, нас стали приглашать для консультаций при выборе заказчиками стратегии дальнейшего развития их продукции.

К тому же, всегда есть 3-4 проекта в стадии проработки концепции.

Опытные образцы мы производим самостоятельно ― для этого есть база для прототипирования. Своими силами проводим сборку, монтаж и пусконаладку. Производство деталей отдаем на сторону: очень уж они у нас разнообразные, чтобы держать собственный цех механообработки.

Проекты у нас очень разнообразные и каждый из них помогает нам освоить новую элементную базу, завязать знакомства с производителями, освоить необходимые технологические приемы. Сегодня производственная кооперация нашей команды охватывает по каждому проекту до пяти десятков производителей и поставщиков.
 

Производство металлического штапельного волокна

Производство металлического штапельного волокна

 

 

Как строится работа над такими разнообразными проектами?

Команде часто поступают задачи вне поля ее компетенций. Конечно, часть ресурсов мы тратим на «хождение по граблям».

С годами я пришел к такому понимаю структуры любой технологии:

• 25% приходится на информацию о конструкции
• 25% — на понимание, как нужно делать: в каких режимах работать, как организовать процесс, какие технологические приемы применять
• 50% — знание, как делать не нужно.

 

Первые две составляющие можно купить, украсть, подсмотреть. Но третья, заметьте, самая «весомая», никогда и никем не документируется ― ее можно получить только на своем опыте. Поэтому «хождение по граблям» – нормальный этап любого более-менее сложного проекта, и мы научились относиться к нему философски. Чтобы достичь чего-то большого, нужно дать команде время и средства наработать компетенции. Иногда нарабатывать очень больно, но так и знания получаются более основательными.

 

 

Кто входит в вашу команду, каких специалистов привлекаете к работе?

В команду входят самые разные специалисты. В зависимости от проекта это могут быть конструкторы, физики, химики, материаловеды, специалист по организации научных исследований, математик для компьютерной симуляции физических процессов, программист, электронщик, сборщики. Ядро команды обычно неизменно, но для решения разных задач может быть сформирована группа из сторонних специалистов, компетентных в определенной области.

По возможности я стараюсь подбирать коллег так, чтобы их знания частично пересекались и чтобы они понимали смысл работы друг друга: это придает нам лучшую слаженность и дополнительную устойчивость в случае чьего-либо ухода.

После презентации КОМПАС-3D v19 появились запросы от инженеров со всей России о возможности поработать в нашей команде.

 

 

Важен ли для вас возраст коллег? Ощущаете ли различия в подходах к работе у разных поколений?

Команда EST lab объединяет специалистов разных возрастов: я старше всех, мне 50, самый юный сотрудник закончил 4 курс МАИ (Прим. — Московский авиационный институт). Есть различия в уровне подготовки, но они, скорее, обусловлены багажом опыта, который приходит как раз с возрастом. В то же время разные подходы к работе и темпераменты только идут команде на пользу.

Про свой возраст и возраст окружающих я задумываюсь, когда возникают сложности в общении, которые никак иначе не объяснить. И я никогда не считал себя достаточно «старым», чтобы кого-то учить. Уверен, что учитель приходит в тот момент, когда к нему готов ученик: человек должен осмысленно обратиться за советом, иначе тот будет бесполезным.

Если молодые коллеги обращаются ко мне за консультацией, я редко отказываю в помощи. Но она не всегда будет понятна начинающему специалисту. Пока он не набьет собственные шишки, он не всякому совету поверит. А как набил, так и сам сможет консультировать.

 

 

Какие ИТ-системы вы используете в работе?

Начнем с того, что команда постоянно работает в дистанционном формате, собираемся только по производственной необходимости и на монтаже, пусконаладке и для важных совещаний. Работа налажена в целом комплексе программных систем. К примеру, для организации бизнес-процессов используются Camunda, Xmind, Хаос-контроль, а также пакет программ Microsoft.

Отказ от единой программы-интегратора — это наша принципиальная позиция. Я уверен, что все программные решения для организации коллективной работы так или иначе фокусируются на какой-либо стержневой деятельности: будь то конструирование, расчеты или программирование. Такая стержневая деятельность диктует выбор интегрирующего софта. Если у нас нет ярко выраженного направления или оно разное на разных этапах проекта, мы попадаем в ситуацию, когда любой существующий софт, объявленный главным или интегрирующим, уже на следующем этапе перестает помогать, а только мешает. Наше решение заключается в отказе от любой программы-интегратора. Нам нужна максимальная гибкость — ее может дать только сознательная фрагментация софта.

В пользу такого дробления говорит и чувствительность к утечкам информации. По этой же причине мы не используем и онлайн-инструменты. И то, и другое создает еще один рубеж обороны от потерь данных.
 

Дмитрий Гинда, руководитель отдела маркетинга АСКОН-Системы проектирования

Дмитрий Гинда, руководитель отдела маркетинга АСКОН-Системы проектирования

 

«В компании Сергея Зотова действительно сложилась не самая распространенная ситуация. Но в условиях, когда любым ИТ-инструментам в составе научно-исследовательских работ отдана лишь поддерживающая функция, а сама команда не слишком многочисленная, это нормальная практика. Более того, мы понимаем, что “тяжелые” системы для консолидации данных и управления жизненным циклом изделий вроде классических PLM-продуктов им и не нужны.

Но даже в такой небольшой компании могут возникать сложности, если не пользоваться платформой, которая помогла бы не просто хранить информацию, но и отслеживать ее актуальность и работать только с обновленными и утвержденными файлами. Последствия не всегда бывают критическими, и все же такое часто случается, когда начинается работа в сетевой папке.

При этом любые, даже самые простые инструменты управления инженерными данными позволяют не только отслеживать актуальность документации, но и разграничивать к ней доступ, обеспечивая сохранность разработок. А это важно и для EST lab, и для сотен других предприятий».

 

 

В качестве основной САПР в компании мы используем КОМПАС-3D v19, но в некоторых случаях конструкторы обращаются и к продуктам зарубежных вендоров.

С КОМПАС-3D я знаком с 2008 года – мы тогда делали выбор между тремя продуктами и как-то сразу, на интуитивном уровне, выбрали КОМПАС – наверное, это алхимия. Но и сейчас, работая в последних версиях системы, считаю, что в изобретательстве инструмент, в том числе САПР, носит вторичный характер. Мы можем неделями что-то не использовать или использовать только отдельные опции. Однако разнообразие потенциально нужных нам операций очень широкое. Конечно, не все они могут быть реализованы на должном уровне в одной программе, но мы спокойно относимся к таким ситуациям: не за один клик, а за десять, не в одной САПР, а в двух, но задача будет решена. С развитием аддитивных технологий мы стали часто пользоваться построениями по сечениям деталей со сложной геометрией. Множество итераций требуют более широкого применения параметрических связей. В v19 появились новые функции для работы с поверхностями — для нас это актуально в связи с частым обменом моделями с другими CAD-системами.

САПР стал для компании привычным и даже обыденным инструментом. Применяя разнообразный софт, мы упростили решение рутинных задач и обеспечили их более качественное выполнение. Только одно остается неизменным: инженеру по-прежнему необходимо думать и ошибаться.

 

И наконец, что для вас значит быть изобретателем?

Это образ жизни. Вы постоянно обдумываете какую-то задачу и получаете от этого процесса удовольствие. Я просто не представляю себя за рулем автомобиля — непременно отвлекусь на какую-то новую идею.

Если сосредотачиваться именно на изобретательской деятельности, то собственно конструкторская часть работы занимает по важности и затратам ресурсов далеко не доминирующую долю — примерно четверть всего времени. Большая часть уходит на размышления. Теперь, правда, много сил уходит на менеджмент компании.

При этом машины, которые компания создает для заказчиков, я разрабатываю и для собственного удовольствия. Использую КОМПАС и дома: жена делает авторские куклы, для нее я конструирую штативы, подставки, специальные контейнеры для транспортировки.

 

Очень люблю цитату из итальянского фильма «Укрощение строптивого»: «Отдыхают от работы, которая не нравится, а мне моя работа нравится».

 

Источник

 

 

Внимание!
Принимаем к размещению новости, статьи
или пресс-релизы с ссылками и изображениями.
ritm@gardesmash.com

 

Реклама наших партнеров